Как дело на миллиарды дважды «закрыли по-хорошему», а фигурант возглавил КТЖ

Есть в казахстанской бюрократии один безотказный приём: если дело неудобное, его не обязательно фальсифицировать или разваливать с шумом. Достаточно тихо переквалифицировать уголовный конфликт в гражданско-правовой — и вопрос закрыт. Именно это, судя по опубликованным документам, произошло с делом о тарифной политике KTZ Express, в центре которого фигурировал Ерлан Койшибаев.

Смотрим на хронологию без эмоций, чисто по датам.

Январь 2019 года: Антикоррупционная служба регистрирует дело о злоупотреблении должностными полномочиями в КТЖ и её «дочках». На столе следствия — тарифы ниже рынка для компаний с миллиардными долгами, вагоны, которые сдавали в аренду по одной цене и тут же пересдавали по другой с разницей в карман посредника, зерновозы по цене в три раза ниже рыночной, продажа вагонов за тысячу-две доллара при рыночной цене свыше 10 миллионов тенге. Внушительный список для дела, которое почему-то закрыли уже летом того же года — «за отсутствием состава».

Казалось бы, всё. Но в 2022 году дело внезапно возобновляют. Допрашивают людей, ограничивают кому-то выезд из страны — то есть к делу относятся серьёзно. И что в итоге? Февраль 2023 года: дело закрывают снова. На этот раз формулировка элегантнее — между сторонами, мол, были не уголовные, а гражданско-правовые отношения. Ущерба нет. Состава нет. А главное — претензий нет даже от самой КТЖ, хотя по документам именно её вагоны, тарифы и дебиторку описывали как предмет схемы.

Вот тут и хочется спросить: а должна ли потерпевшая компания подавать претензии на саму себя? Потому что если схемы, описанные в деле, реальны, то КТЖ — пострадавшая сторона. А если пострадавшая сторона молчит и претензий не имеет, это означает одно из двух: либо ущерба действительно не было, либо те, кто должен были подать претензию от имени компании, и есть те, кто эту схему организовывал. Третьего варианта тут просвечивающаяся логика не предлагает.

И вот пока следствие два раза подряд решало, что «состава нет», карьера фигуранта дела двигалась исключительно в одну сторону — вверх. В 2021 году — в правление КТЖ, замом по логистике. В 2023-м, когда дело закрывают повторно, Койшибаев уже прочно сидит в высшем руководстве компании. А летом 2025 года, когда прежний глава КТЖ уходит в министры, кресло и.о. председателя правления переходит именно к нему — «по внутренним нормативным актам», как сухо сообщила пресс-служба.

Удобное совпадение: пока шло (а потом не шло, а потом снова шло, а потом окончательно не пошло) расследование, человек, фигурировавший в материалах дела, поднимался по карьерной лестнице той самой компании, чьи активы в этом деле описывались как предмет схемы.

Отдельный сюжет — родственные связи, которые упоминает чуть ли не каждое информагентство, пишущее о назначениях Койшибаева: он зять экс-акима Восточно-Казахстанской области, бывшего премьер-министра Данияла Ахметова. Анонимные работники КТЖ в письме президенту в 2022 году прямо писали, что фигурант «под защитой тестя» продолжает создавать выгодные условия для аффилированных компаний. Доказать это по открытым документам нельзя — но и не замечать совпадение дат и карьерных скачков невозможно.

Формально к делу не придраться: постановление прокуратуры есть, оно законно действует, состава преступления комиссия не нашла. Но вопрос, который остаётся висеть в воздухе после прочтения этой хронологии, простой: если зерновозы реально сдавали в три раза дешевле рынка, а вагоны продавали за тысячу долларов вместо десяти миллионов тенге — то куда делась разница, и почему именно тот, кто фигурировал в этих материалах, спустя четыре года оказался у руля всей компании?

Ответа на этот вопрос ни следствие, ни прокуратура, ни сама КТЖ так и не дали. Видимо, и не планируют.

Все фактические данные о содержании уголовного дела взяты из документов, опубликованных SHYNDYK.KZ; сведения о карьере Е. Койшибаева и его родственных связях — из открытых публикаций казахстанских информагентств. Версия о связи родства с прекращением дела принадлежит анонимным авторам письма работников КТЖ (2022 г.)