Открытое письмо Ерлану Койшибаеву, вопросы о деле KTZ Express и схемах в КТЖ

В рамках подготовки материалов о ситуации в АО «НК «Қазақстан темір жолы» редакция направила и.о. председателя правления компании Ерлану Койшибаеву запрос с просьбой прокомментировать ряд вопросов, возникших в связи с документами уголовного дела о злоупотреблении должностными полномочиями в KTZ Express, а также с обращением анонимных работников компании к президенту страны. Ответ будет опубликован в полном объёме при поступлении.

Ниже — перечень направленных вопросов.

1. О льготных тарифах 2016–2018 годов

Согласно документам уголовного дела, зарегистрированного Антикоррупционной службой 26 января 2019 года, в 2016–2018 годах KTZ Express предоставляла транспортно-экспедиционные услуги по сниженным тарифам ряду структур — Interlog multimodal, KIK Logistics, «Грузовой оператор», «Рауан-Транс Астана», UVI Logistics, SEN Oil и Perfect Logistics, — несмотря на наличие у части из них задолженности на сотни миллионов и миллиарды тенге перед компанией.

Кто принимал решения о предоставлении льготных тарифов этим структурам, и на основании каких внутренних регламентов компании такие решения принимались при наличии непогашенной задолженности?

2. О схеме с арендой полувагонов

В материалах дела указано, что в 2017 году около 4 тысяч полувагонов были переданы в аренду по ставке 6500 тенге в сутки, после чего эти же вагоны сдавались в субаренду уже по 9000 тенге за вагон.

Известно ли вам о масштабе данной схемы, кто являлся стороной первоначального договора аренды, и проводилась ли внутренняя проверка экономической обоснованности разницы в ставках?

3. О передаче зерновозов

Документы дела указывают на передачу 3772 зерновозов по цене порядка 3484 тенге за вагон при том, что рыночная стоимость аренды аналогичного подвижного состава достигала 12 тысяч тенге.

Чем объясняется более чем трёхкратное отклонение цены от рыночного уровня, и проводилась ли независимая оценка перед заключением соответствующих договоров?

4. О продаже грузовых вагонов

В материалах дела упоминаются сделки по продаже грузовых вагонов, в которых, по данным заявителей, цена сделки составляла 1000–2000 долларов при рыночной стоимости свыше 10 млн тенге за вагон.

Располагаете ли вы информацией об этих сделках, и проводилась ли независимая оценочная экспертиза перед их совершением?

5. О задолженности Transgroup Systems L.P.

Следствие рассматривало эпизод с задолженностью компании Transgroup Systems L.P., оценённой в материалах дела в миллионы долларов, при том что часть расчётов и подтверждающих документов, согласно делу, не была предоставлена следствию.

Какова на сегодняшний день судьба этой задолженности, погашена ли она, и почему соответствующие документы не были представлены в ходе расследования?

6. О прекращении дела в 2019 году и его возобновлении в 2022-м

Уголовное дело было прекращено в июле 2019 года за отсутствием состава правонарушения, однако в 2022 году расследование возобновили, провели дополнительные допросы, а ряду фигурантов ограничили выезд из страны.

Вызывались ли вы лично на допрос в рамках возобновлённого расследования, и если да — какие пояснения вы дали следствию по перечисленным выше эпизодам?

7. О втором прекращении дела в 2023 году

23 февраля 2023 года заместитель главного транспортного прокурора вновь прекратил дело — с формулировкой о том, что между сторонами имели место гражданско-правовые отношения, а доказательства ущерба и состава преступления отсутствуют. В постановлении также отмечено, что претензий со стороны самой КТЖ зафиксировано не было.

Почему КТЖ как компания, чьи активы описаны в деле как предмет рассматриваемых схем, не подавала претензий к контрагентам или сотрудникам, фигурировавшим в деле?

8. Об анонимном обращении работников КТЖ 2022 года

В письме, направленном работниками компании президенту Казахстана в январе 2022 года, содержится утверждение о выводе денежных средств через KTZ Express на сумму более 6 млрд тенге, а также утверждение о том, что заключения аудиторских компаний по этим эпизодам игнорировались.

Знакомы ли вы с содержанием данного обращения, проводилась ли по нему внутренняя или внешняя проверка, и каковы были её результаты?

9. О родственных связях и конфликте интересов

В публикациях, посвящённых вашему назначению на руководящие позиции в КТЖ, неоднократно указывалось, что вы являетесь зятем экс-акима Восточно-Казахстанской области и бывшего премьер-министра Данияла Ахметова.

Применялись ли в компании процедуры декларирования конфликта интересов в связи с этим родством при принятии решений, затрагивающих интересы KTZ Express и аффилированных структур?

10. О дальнейшей судьбе материалов, выделенных в отдельное производство

В постановлении о прекращении дела в 2019 году указано, что часть эпизодов была выделена в отдельное производство.

Известна ли вам дальнейшая судьба этих материалов — были ли по ним приняты процессуальные решения, и если да, то какие?