«Нулевая терпимость»? Как заявленная борьба КТЖ с коррупцией расходится с реальными делами
В 2020 году КТЖ во всеуслышание объявило о «нулевой терпимости к любым коррупционным проявлениям». Спустя несколько лет один сотрудник сел в тюрьму за рассказ о хищениях, а топ-менеджера, фигурировавшего в деле о миллиардных схемах, дважды освободили от ответственности. Так как же на самом деле в КТЖ борются с коррупцией?
Что обещали
Летом 2020 года директор по корпоративной безопасности АО «НК «КТЖ» Курман Елюбаев в интервью Kursiv рассказал, как нацкомпания искореняет коррупцию. Картина выглядела образцовой.
Руководство, по его словам, взяло курс на «атмосферу нулевой терпимости». В компании актуализировали политику противодействия коррупции и политику урегулирования конфликта интересов, действовали Кодекс этики, политика конфиденциального информирования и целый набор внутренних актов. Совместно с антикоррупционным агентством работал проектный офис «Адал жол», была утверждена Дорожная карта, реформирована ревизорская служба пассажирских перевозок, запущена новая система продажи билетов против «перекупщиков».
Особо Елюбаев подчёркивал две вещи. Первое — защиту заявителей: компания, по его словам, гарантирует конфиденциальность тому, кто сообщает о коррупции, и защиту от преследования и дискриминации. Второе — ответственность руководителей: после поправок в законодательство в КТЖ приняли акты о дисциплинарной ответственности начальников за коррупцию подчинённых, исходя из того, что искоренение коррупции невозможно без «личного примера безупречного поведения» руководителей всех уровней.
По итогам внутренних расследований, рассказывал он, по 8 фактам имущественного ущерба возбудили досудебное производство, возместили 1,4 млрд тенге ущерба и погасили 4,1 млрд тенге дебиторской задолженности.
Звучало убедительно. Вопрос в том, как эти принципы сработали, когда дошло до дела.
Что вышло на практике — заявитель
Начнём с обещания защищать тех, кто сообщает о нарушениях.
В 2023–2024 годах бывший руководитель цифровизации КТЖ Салмен Амрин публично заявил, что его команда IT-специалистов выявила предполагаемые многомиллиардные потери компании — по его оценкам, до 33 млрд тенге за один 2023 год, а по словам некоторых экспертов, на которых он ссылался, и вовсе до 170 млрд тенге в год. Он обратился к президенту через видео, утверждая, что увольнение и уголовное преследование связаны именно с этими находками.
Итог для «заявителя» оказался прямо противоположным обещанной «защите от преследования»: Амрина признали виновным в злоупотреблении должностными полномочиями, приговорили к 4,8 года лишения свободы и обязали выплатить 7,7 млн тенге по иску самой КТЖ. То есть человек, говоривший о хищениях, получил срок — и стал должником компании, которую критиковал.
Что вышло на практике — руководитель
Теперь — про обещание спрашивать с руководителей и про «нулевую терпимость» к схемам.
По документам, оказавшимся в распоряжении Shyndyk.kz, ещё в январе 2019 года Антикоррупционная служба зарегистрировала дело о злоупотреблении полномочиями в структурах КТЖ. В центре — Ерлан Койшибаев, тогда заместитель гендиректора дочерней KTZ Express, позже заместитель председателя правления, а летом 2025 года — временно исполняющий обязанности главы всей нацкомпании. Он зять экс-акима ВКО Даниала Ахметова.
В материалах, по версии издания, описывались конкретные схемы: услуги по заниженным тарифам компаниям с многомиллиардными долгами, передача около 4 тысяч полувагонов в аренду по 6500 тенге с последующей субарендой по 9000, передача 3772 зерновозов по цене втрое-вчетверо ниже рыночной, продажа вагонов по оценке в 1000–2000 долларов при рыночной цене выше 10 млн тенге.
И всё же дело прекращали — сначала в июле 2019 года «за отсутствием состава», затем, после возобновления в 2022-м, снова закрыли в феврале 2023 года. Формулировка: гражданско-правовые отношения, ущерба и состава нет, претензий со стороны самой КТЖ не зафиксировано.
Где обещания разошлись с делами
Если наложить интервью 2020 года на эти две истории, противоречия бросаются в глаза.
О защите заявителей. Компания обещала гарантировать конфиденциальность и защиту тех, кто сообщает о коррупции. На практике самый громкий «заявитель» о хищениях получил почти пять лет колонии и иск от КТЖ. Какой сигнал это посылает остальным сотрудникам, которые думают, сообщать ли о нарушениях?
Об ответственности руководителей. «Нулевая терпимость» и «личный пример безупречного поведения» руководителей — против реальности, в которой топ-менеджер из материалов о миллиардных схемах не только не понёс ответственности, но и пошёл на повышение вплоть до временного руководства нацкомпанией.
О позиции самой КТЖ. В деле Амрина компания выступила истцом и взыскала ущерб. В деле Койшибаева, по документам, КТЖ претензий не предъявила — и именно отсутствие претензий стало одним из оснований закрыть дело. Один работодатель, два прямо противоположных подхода.
О возмещении ущерба. В 2020 году КТЖ отчитывалась о возвращённых миллиардах. Но если описанные Shyndyk.kz схемы реальны — заниженные тарифы, субаренда с наценкой, продажа вагонов в разы дешевле рынка, — то где здесь ущерб и кто его возместил? Дело закрыли с формулировкой, что состава нет.
Вопрос остаётся
Между красивым интервью о «нулевой терпимости» и двумя реальными делами — пропасть. И пока КТЖ, Антикор и прокуратура публично не объясняют, почему одни дела доходят до приговора, а другие закрываются дважды, заявленная борьба с коррупцией выглядит избирательной.
