Двойные стандарты КТЖ: одного посадили за разговоры о хищениях, с другого дважды сняли обвинения

Пока бывшего IT-руководителя «Казахстан темір жолы» Салмена Амрина отправили в колонию почти на пять лет за заявления о многомиллиардных потерях компании, уголовное дело против топ-менеджера КТЖ Ерлана Койшибаева дважды прекращали — несмотря на тома материалов. Почему?

Один говорил — и сел

В ноябре 2024 года в Астане вынесли приговор экс-руководителю цифровизации КТЖ Салмену Амрину. До этого он публично критиковал нацкомпанию и обращался к президенту Касым-Жомарту Токаеву через видео, утверждая, что его преследование связано с тем, что команда IT-специалистов выявила предполагаемые финансовые хищения.

По словам Амрина, аудит показал колоссальные ежегодные потери: в 2023 году — порядка 33 млрд тенге, а по оценкам некоторых экспертов — до 170 млрд тенге в год. Он сравнивал убитые пассажирские вагоны КТЖ с современными поездами Грузии и Узбекистана.

Итог: суд признал Амрина виновным в злоупотреблении должностными полномочиями, назначил 4,8 года лишения свободы и обязал выплатить 7,7 млн тенге по иску в пользу самой КТЖ. Министры транспорта и цифровизации — Марат Карабаев и Жаслан Мадиев — от оценки уклонились, сославшись на «решение суда» и «корпоративный вопрос».

Другой фигурировал в миллиардных схемах — и дважды вышел сухим

А теперь — параллельная история про Ерлана Койшибаева

26 января 2019 года Антикоррупционная служба зарегистрировала уголовное дело по фактам злоупотребления должностными полномочиями в структурах КТЖ и её «дочек». В центре — Ерлан Койшибаев, на тот момент заместитель гендиректора дочерней KTZ Express (позже — заместитель председателя правления КТЖ, а с лета 2025 года временно возглавивший нацкомпанию). Он — зять экс-акима Восточно-Казахстанской области Даниала Ахметова.

И ТАК:

• В 2016–2018 годах KTZ Express оказывала транспортно-экспедиционные услуги по заниженным тарифам ряду компаний (Interlog multimodal, KIK Logistics, «Грузовой оператор», «Рауан-Транс Астана», UVI Logistics, SEN Oil, Perfect Logistics), часть из которых имела задолженности на сотни миллионов и миллиарды тенге.
• В 2017 году около 4 тысяч полувагонов передали в аренду по 6500 тенге в сутки, а затем сдавали в субаренду уже по 9000 — разницу клал в карман посредник.
• 3772 зерновоза передали по цене около 3484 тенге за вагон при рыночной стоимости до 12 тысяч.
• Грузовые вагоны продавали по заниженной стоимости — иногда оценка составляла 1000–2000 долларов при рыночной цене выше 10 млн тенге.
• Рассматривались и эпизоды с задолженностью Transgroup Systems L.P. на миллионы долларов.

И всё же в июле 2019 года следствие прекратило дело «за отсутствием состава». В 2022-м расследование возобновили, провели допросы, кому-то даже ограничили выезд. Но 23 февраля 2023 года заместитель главного транспортного прокурора снова прекратил дело: между сторонами, мол, были гражданско-правовые отношения, ущерба и состава нет, а претензий со стороны самой КТЖ не зафиксировано.

Источник заявил, что дело могло быть закрыто благодаря влиянию высокопоставленных лиц, а схемы якобы продолжились уже на новом уровне после карьерного роста фигуранта.

Так почему дела закрыли?

Здесь и возникает главный вопрос статьи. Формально дела против Койшибаева прекращал не он сам, а Антикор и транспортная прокуратура — дважды, с интервалом в четыре года. Но логика этих решений вызывает вопросы, на которые публичных ответов пока нет:

Почему при наличии конкретных схем — заниженные тарифы, субаренда с наценкой, продажа вагонов по цене в разы ниже рыночной — следствие сочло, что «состава нет»? Если разница в цене реальна, кто-то её недополучил, а кто-то получил. Куда делся ущерб?

Почему ключевым аргументом стало отсутствие претензий со стороны самой КТЖ? В деле Амрина КТЖ выступила гражданским истцом и взыскала ущерб. В деле Койшибаева компания, по документам, претензий не предъявила. Один и тот же работодатель ведёт себя в двух делах прямо противоположным образом.

Почему дело, однажды закрытое, возобновили в 2022-м — и снова закрыли в 2023-м? Что изменилось между возобновлением с допросами и ограничением выезда — и внезапным повторным прекращением?

И главное — почему система так по-разному отнеслась к двум людям из одной компании? Один лишь заявлял о хищениях — и получил почти пять лет. Другой фигурировал в материалах о конкретных многомиллиардных схемах — и не получил ничего, а пошёл на повышение, вплоть до временного руководства всей нацкомпанией.

Что дальше

Ни сам Койшибаев, ни КТЖ, ни Антикоррупционная служба публично ничего не комментирует. Версия о давлении остаётся утверждением источника издания и не подтверждена официально — как и сами схемы не получили судебной оценки, поскольку до суда дело так и не дошло.

Но контраст двух дел говорит сам за себя. И пока на вопрос «почему одни дела в КТЖ доходят до приговора, а другие закрываются дважды» нет внятного официального ответа, доверие к тому, что борьба с коррупцией в нацкомпании ведётся одинаково для всех, остаётся под большим вопросом.